Боже, как же ей хотелось — и хотелось безумно, — чтобы в ее власти было бы разбить это стекло!
Через полчаса Уитни услышала, как розовый «кадиллак» Хетти с пыхтением укатил вниз по дороге.
Она как раз закончила убирать посуду и вытирать стол, когда Люк вернулся на кухню. Уитни взяла себя в руки, не желая больше ничего обсуждать. К ее удивлению, он просто стоял в дверном проеме и смотрел на нее так пристально и мрачно, что волосы у нее на затылке слиплись от испарины.
— Люк… что случилось?
— Это правда, что сказала Хетти? Ты была обручена?
— Да — несколько месяцев.
— С Маккиллопом из «Супермагазина компьютеров»?
— Да, — сказала она подчеркнуто терпеливо, — с Брендоном Маккиллопом из «Супермагазина компьютеров Маккиллопа».
— Как ты с ним познакомилась?
— Через одну приятельницу, она преподает в старшей школе Пентиктона.
— Но ты никогда не говорила о разорванной помолвке! — Его голос прозвучал так осуждающе, будто Люк бросил в нее россыпью мелких камней.
— Потому что это, черт возьми, абсолютно тебя не касается! — выкрикнула она в ответ.
— Тебе следовало мне все рассказать! И тебе следовало мне объяснить, что именно здесь творилось. Во имя Господа, почему ты не наняла медсестру для ухода за моей бабкой?
— Она не хотела никаких медсестер!
— Только представить себе, — пробормотал он и снова уперся в нее взглядом. — Этот парень стоит миллионы!
Дался ему этот Брендон Маккиллоп!
— Это всего лишь деньги, Люк, — устало сказала Уитни. Она могла бы объяснить ему, что вовсе не деньги Брендона привлекли ее, а его целеустремленность, внешнее обаяние темноволосого мужчины и его настойчивое ухаживание.
— Всего лишь деньги… — Он беспомощно потряс головой, словно только сейчас сообразив, что Уитни вовсе не была охотницей за состоянием, какой он ее представлял.
— Я не говорю, что деньги не имеют значения, Люк. Но есть вещи гораздо более важные.
— Ага. — Его голос звучал устало. Из нагрудного кармана рубашки он достал прозрачную пластиковую бутылочку с какими‑то розовыми таблетками. — Я нашел это в аптечке, когда искал аспирин.
— Что это? — нахмурилась Уитни.
— Это снотворное, которое доктор Маккэй выписал бабушке за два дня до ее травмы.
Уитни взяла бутылочку и встряхнула ее, чтобы взглянуть на таблетки; они загремели, как град по железной крыше.
— Тебе не обязательно их пересчитывать, — мрачно сказал Люк. — Их двенадцать. Маккэй выписал четырнадцать…
— Ох, — с огромным облегчением вздохнула девушка. — Значит, я не давала Крессиде снотворное, когда она выписалась из больницы! Как я рада!
— Ты что, не понимаешь важности этого факта?
— Важности?
— Эти двенадцать таблеток вместе с беспристрастным рассказом Хетти о твоей преданности моей бабушке — включая и то, что ты поставила заботу о ее здоровье выше возможности выйти замуж за миллионера, — все это делает мой иск совершенно бессмысленным.
— О чем ты говоришь, Люк?
— Я собираюсь изъять мой иск о незаконном владении завтра же утром. Поместье принадлежит тебе, так хотела бабушка. И я съезжаю тут же, как только найду работу.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Уитни провела бессонную ночь и на следующий день видела Люка очень мало.
Когда наступил вечер, она, разгоряченная, обеспокоенная и совершенно не в своей тарелке, решила подняться наверх и принять освежающий душ.
Выходя из ванной комнаты, одетая в белье и халат, девушка услышала короткий стук в дверь спальни.
Она нахмурилась и пошлепала босиком к двери.
В дверях стоял Люк, руки засунуты в задние карманы джинсов, в расстегнутом вороте рубашки на груди блестят тонкие завитки волос… а лицо очень серьезно.
— Решил, что надо тебе сказать: Вики ищет помощника управляющего для Полынного виноградника и сегодня вечером сообщила, что если я хочу эту работу, то она моя. Возможно, я приму ее предложение. Деньги не очень большие, но нищим не до выбора.
Уитни охватила паника.
— Ты знаешь, что всегда можешь остаться здесь…
— Милосердие, Уит? — На его лице появилась ироническая ухмылка. — Кажется, мы это уже проходили…
— Это вовсе не милосердие. Это будет… партнерством.
— Благотворительностью.
— Ты охотнее будешь работать на Викторию Мосс, чем…
— На тебя? Верно, черт побери!
— Но ты можешь хотя бы здесь жить…
— Если я возьму эту работу, то мне полагается домик.
— А что с Троем? Тебе придется отдать его в ясли!
У него нервно дернулась щека.
— Я найму няню.
— Но он привык ко мне! — торопливо возразила она. — Я буду ухаживать за ним для тебя, Люк. Полынный виноградник всего в получасе езды отсюда. Ты сможешь привозить его по утрам, а вечером я буду сама отвозить его к тебе обратно.
— Ради Бога, Уитни, ты прекрасно знаешь, сколько я работаю! Я начинаю в пять тридцать утра и редко заканчиваю раньше девяти вечера! Я признателен тебе за предложение, но если я возьму эту работу, то мне придется нанять кого‑то постоянного, и причем круглосуточно.
— Ты не можешь просто увезти его отсюда, Люк, он так счастлив здесь. — Горячие слезы навернулись ей на глаза и уже угрожали заструиться по щекам. Шмыгнув носом в попытке удержать их, она поднесла руку к лицу… и тут же на нее упала слеза. — Пожалуйста, не делай этого. — Ее голос задрожал от переполнявших ее эмоций.
— Послушай, ты знаешь, что я чувствую, но… О черт, Уитни, только не плачь!
Но было слишком поздно. Пытаясь подавить рыдания, она отступила обратно в комнату и опустилась на край кровати, спрятав лицо в ладонях. Она не могла допустить мысли, что потеряет Троя. Но видеть, как уходит Люк, было не менее ужасно, особенно если он уходит на Полынный виноградник, где Виктория Мосс…
Ее плечи затряслись, и рыдания прорвались наружу, громкие и безудержные. Вокруг горла словно обвилась жесткая веревка и медленно и болезненно затягивалась… Матрас прогнулся, когда Люк сел рядом с ней. Он притянул ее к себе и крепко обнял своими сильными руками.
— Пожалуйста, не плачь.
Через какое‑то время, после нескольких слабых всхлипов, ей наконец удалось взять себя в руки.
Люк приподнял ее подбородок и кончиками больших пальцев осторожно вытер следы слез с ее покрасневших щек.
— Тебе лучше? — тихо спросил он.
Не в силах отвести от него глаз, Уитни кивнула, и, когда их взгляды скрестились, неизменно пульсирующее между ними и лишь слегка прикрытое чувственное напряжение вдруг внезапно взорвалось с силой, ее потрясшей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
